Человек дня




Он был хорош собой, умен и очень богат, его обожали женщины. Но при этом многие считали его скрытным. И ему было что скрывать. Только самые близкие знали о недугах, борьбу c которыми Джону Кеннеди пришлось вести всю жизнь.

Джон рос болезненным, у него часто подскакивала температура. Мальчик родился с пороком позвоночника, с юных лет у него начала болеть спина, врачи рекомендовали носить корсет. Одна нога была короче другой, и всю жизнь ему приходилось делать левый ботинок на заказ. Разумеется, семья Кеннеди все это не афишировала. Сенатор Джозеф Кеннеди занимал двенадцатое место в списке самых богатых людей Америки, его состояние равнялось нескольким миллиардам долларов. Единственное, что ему не удалось, – стать президентом США, и Джозеф надеялся, что это сможет сделать кто-то из его сыновей. «Именно политика, а вовсе не счет в банке делает человека могущественным», – говорил он.

Джон окончил престижный Гарвардский университет, который называли «фабрикой снобов, миллионеров и гениев», а во время Второй мировой, будучи офицером флота, проявил настоящий героизм. Недалеко от Соломоновых островов торпедный катер под командованием Джона был подбит японским эсминцем. Два члена экипажа погибли, а Кеннеди и еще 10 человек 15 часов плыли до ближайшего острова. Одного из подчиненных Джон тянул зубами за лямку его спасательного жилета. Фотографии Джона в офицерской форме с репортажами о его военных подвигах обошли все газеты. Лучшего начала для политической карьеры и пожелать было нельзя!

У него было особое, «мальчишеское» обаяние. В плотских удовольствиях он был ненасытен. При этом у него был своего рода «кодекс чести»: он никогда не покупал женщин с помощью дорогих подарков, не раздавал никаких обещаний. Наоборот, казался слегка отстраненным и равнодушным, делая вид, что его мало волнует, чем закончатся ухаживания. «Меня интересует не столько результат, сколько процесс охоты», – говорил он. Кеннеди спешил получить от жизни все. Возможно, потому, что не надеялся дотянуть до пятидесяти.

Джон был в Лондоне, когда у него резко поднялась температура, упало артериальное давление, началась рвота, боли в желудке. Он был госпитализирован в лондонскую клинику, где ему впервые был поставлен диагноз – болезнь Аддисона. Кеннеди тогда был 31 год.
Не исключено, что заболевание у Джона началось гораздо раньше, чем был поставлен диагноз. С детства он страдал от сильной аллергии: на пыль, на собак и лошадей. У него часто возникали приступы аллергического насморка, на коже появлялась краснота, воспалялись лимфоузлы. Будущего президента периодически преследовали приступы астмы и расстройство желудка. В юности его отличала страшная худоба, несмотря на отличный аппетит. Хроническое истощение, потеря веса – все это характерно для тех, кто страдает болезнью Аддисона.

Опытный врач вынес приговор: Кеннеди осталось жить не больше года. При болезни Аддисона нарушается функция надпочечников, в то время этот процесс считался необратимым. Надпочечники постепенно разрушались, иммунитет снижался до такой степени, что пациент становился беззащитным перед любой инфекцией. Больные чаще всего умирали, заразившись туберкулезом.

Единственное, на что он мог теперь рассчитывать, – это праздная жизнь больного богача. Но Джон решил не сдаваться. И судьба снова улыбнулась ему: болезнь Аддисона начали успешно лечить с помощью дезоксикортикостерона ацетата (гранулы Дока). Его имплантировали в виде гранул в мышцы бедер и спины. Гранулы следовало менять каждые 2–3 месяца. Тем не менее в 50-е годы диагноз «болезнь Аддисона» звучал примерно так же, как неоперабельный рак. Если бы болезнь будущего президента стала достоянием общественности, можно было бы поставить крест на его политической карьере, поэтому все держалось в строжайшей тайне. Вся медицинская документация, касающаяся здоровья Джона, была строго засекречена.

Джозеф Кеннеди закупал целые партии редкого лекарства и хранил его в депозитных отделениях банков по всей Америке, чтобы сын всегда мог получить препарат во время поездок по стране. Вскоре синтезировали и начали производить гидрокортизон, который стал использоваться в сочетании с гранулами Дока. Гормоны творили чудеса: Джон почувствовал себя совершенно здоровым, он был полон энергии. Благодаря гормонотерапии Кеннеди немного поправился и стал от этого только привлекательнее.

Следующим этапом в его политической карьере был Сенат, куда Джон баллотировался от штата Массачусетс. Избирательная кампания потребовала от него максимальной отдачи. Кеннеди научился экономить силы: поздно вставал, рано ложился, отдыхал днем. В результате во время выступлений он выглядел необычайно бодрым и энергичным. Выходных для него теперь не существовало, Джон объезжал все городки штата, не пренебрегая самыми маленькими. И боль в спине снова дала о себе знать. Когда он погружался в горячую ванну, становилось легче. Для этого иногда приходилось пройти по длинному гостиничному коридору: не во всех номерах третьесортных отелей, где ему приходилось останавливаться, была ванна. Джон победил с преимуществом в 70 000 голосов. А вскоре состоялась его свадьба с Жаклин Бувье – чтобы войти в Белый дом, требовалось стать добропорядочным семьянином.

Между тем боли в спине возобновились. Чтобы поднять с пола упавший карандаш или скрепку, приходилось звать на помощь секретаршу. В своем кабинете, когда никто не видел, Кеннеди пользовался костылями, а ожидая посетителей, прятал их. От боли он не мог спать по ночам. Врачи предложили операцию, но при этом предупредили: шансов пережить ее – не более 50%. Кроме того, выздоровление могла затруднить Аддисонова болезнь, которая снижала сопротивляемость организма к различным инфекциям. Близкие, особенно отец, отговаривали его. Но альтернативой были костыли. «Лучше умру, чем проведу остаток жизни на костылях!» – сказал Джон.

Операция длилась три часа, ему имплантировали в спину серебряную пластину и перелили около полутора литров крови. В «Архивах Американской медицинской ассоциации» это описывалось как «Случай № 3: пациент с недостаточной функцией надпочечников вследствие болезни Аддисона, оперативное вмешательство по настоянию пациента».

Шло время, но улучшения не наступало. Жаклин каждое утро обрабатывала страшную гноящуюся рану на спине мужа. Тут было от чего упасть духом. Кому угодно, только не Кеннеди. Он переносил боль с улыбкой и никогда не упускал случая пошутить по любому поводу, будь то больничные порядки или собственный недуг. Возможно, именно благодаря чувству юмора он и выжил.

Через несколько месяцев Кеннеди решился на вторую операцию. Серебряную пластину заменили костным трансплантатом. На этот раз боль отступила. Это была победа. Периодически боль в спине возвращалась, но уже не такая сильная. Спасали горячие ванны, обезболивающие средства. Едва оправившись, он вернулся в Сенат. У всех, кто его видел, было впечатление, что он совершенно здоров и буквально переполнен энергией.

Джон достиг всего, о чем мечтал, и болезни не смогли ему в этом помешать. Впереди его еще ждала победа в президентской гонке, рождение сына и дочери, роман с секс-символом двадцатого века Мэрилин Монро. Кеннеди стал самым молодым президентом за всю историю страны, провел немало демократических преобразований и остался в истории как прогрессивный политический деятель. К сожалению, его президентство длилось недолго – всего два года. 22 ноября 1963 года раздался роковой выстрел в Далласе. Элегантный костюм Жаклин обагрила кровь мужа…

Тайна убийства президента не раскрыта до сих пор. В нем подозревался некий Освальд, бывший морской пехотинец, имевший контакты с организованной преступностью и федеральными службами контр­разведки. Но он не признал себя виновным, а через два дня после ареста был убит владельцем ночного клуба в Далласе.

Как ни парадоксально, в самой трагической гибели Кеннеди тоже была его победа: он уже столько раз мог умереть на больничной койке или на операционном столе, но был сражен пулей – как солдат на поле боя.