Как русский полководец Суворов изменил историю Причерноморья, и Почему взятие Измаила стало днём воинской славы России

Неприступный Измаил

Суворов взялся за штурм, когда другие отказались. /Фото: interesnyefakty.org

В кампанию 1790-го русские войска осадили самую мощную крепость турок на Дунае - Измаил. Эти укрепления представляли для Османской империи важнейший узел коммуникаций. К началу Русско-турецкой войны турки дополнительно усилили Измаильскую крепость, воспользовавшись опытом лучших европейских инженеров. Твердыню обороняла целая армия в 35 тыс. солдат. Стекались туда и остатки гарнизонов поверженных турецких крепостей. Командовали гарнизоном Айдослу Мехмед-паша и брат хана Каплан-Гирей с несколькими сыновьями. Османский султан отдал приказ удержать крепость любой ценой, а тех, кто осмелится сложить оружие, уничтожить.

Русскими войсками в составе 30 тыс. солдат под Измаилом командовали генералы Потёмкин, Гудович и Самойлов. Флотом русских на Дунае руководил первый строитель Одессы де Рибас. Военачальники совещались, спорили, сомневались, но не решались штурмовать. Главнокомандующий твердых указаний не давал. После того, как флотилия уничтожила турок на Дунае, особых успехов под Измаилом не последовало. Приближалась зима, а войска начали испытывать дефицит снабжения. Продовольствие истощилось, топливо не было заготовлено. Осадный корпус одолели болезни, и солдаты ослабевали в сырых окопах. Турки при этом имели огромные запасы, находились в тепле и сытости. К началу декабря русский военный совет принял решение снимать осаду, не видя перспектив.

Политическая ситуация при этом накалилась. Австрия выходила из войны, Англия с Пруссией заняли вражескую позицию, Франция открыто помогала Порте, а поляки грозили восстанием. Требовалась бескомпромиссная победа русских. Возобновить и возглавить осаду предложили Суворову. В тот момент он томился со своим отрядом в сотне верст от Измаила. Воодушевившись поручением, Суворов быстро организовал снабжение и направил к Измаилу инженерные войска. В это же время началось снятие осады. Первым поле боя покинул генерал Потёмкин, за ним отчаливала флотилия. Александр Васильевич решил действовать, приказав войскам Потёмкина разворачиваться назад к Измаилу, куда направился лично с конвоем из казаков.

                                                                                                 


 

Отчаянный рывок Суворова

Суворов никогда не проигрывал. /Фото: proza.ru

По правилам 18 века штурм крепости мог проводиться только армией, в разы превышающей силы обороняющихся противников. Но у Суворова было намного меньше войск на фоне турецких.

При этом не менее половины российских сил представляла лёгкая кавалерия, вооружённая лишь пиками. По прибытию к Измаилу Александр Васильевич провёл рекогносцировку, объехав крепость в форме простого офицера, не желая привлекать внимание турок. Не найдя изъянов в турецкой обороне, Суворов стал думать. Высота фортификаций достигала почти 9 метров, глубина рва превышала 10 м. Оборону обеспечивали 270 орудий, а комендантом выступал самый опытный турецкий военачальник. Но Суворов был легендой и умел находить выход там, где его быть не может. Неподалеку от крепости он решил возвести макет Измаила, где ночью солдаты тренировались штурмовать. Это и позволило им повысить шансы в реальной операции.

Когда войска полностью подготовились к бою, Суворов предложил османам сдаться, избегая кровопролития, и дал им 24 часа. «Первый мой выстрел — неволя, штурм — смерть», — предупредил он командование турецкого гарнизона. На это получил дерзкий ответ: скорее небо упадёт на землю и Дунай потечёт вспять, чем Измаил сдастся.

21 декабря начался мощный артобстрел крепости. А на рассвете 22 декабря русские пошли на штурм. Каждый из трех наступающих отрядов делился на колонны. Их действия поддерживались гребной флотилией. Кавалеристы ожидали команды под воротами крепости. Суворов сдержал слово и взял неприступный Измаил. После окончания штурмовой операции 24 декабря бои продолжились внутри крепости. К полудню русские войска дошли до центра Измаила, а к 16 часам на голову разбили превосходящие турецкие силы. В том бою пали минимум 26 тыс. турок, более 9 тыс. сдались в плен. Русские лишились 4 тыс. человек убитыми с потерей большей части офицерского состава. Комендантом захваченной крепости Суворов назначил Кутузова.

Операция, обогатившая военную науку России

Суворов натренировал штурмовиков на макете крепости.

Турецкой армии больше не существовало. А участники штурма готовились к щедрым наградам в виде званий и орденов. Историки полагают, что «обидели» только самого Александра Васильевича. Дело в том, что он имел уже все возможные звания и регалии, рассчитывая получить генерал-фельдмаршала. Но тогда он бы приравнялся с своему командиру Потемкину, что императрица сочла оскорбительным для последнего. Екатерина ограничилась иными знаками внимания для Суворова: деньгами, бриллиантами, медалью его имени и званием подполковника Преображенского полка. Но самым обидным для легендарного полководца стало то, что Потемкин вернулся в столицу и оставил командующим не Александра Васильевича, а Репнина. 60-летний Суворов чувствовал себя униженным и, якобы по состоянию здоровья, попросился добровольно покинуть фронт.

Весной, как и ожидалось, турки попробовали взять реванш, но остатки османской армии разбил князь Репнин у Мачина. Потемкин к тому моменту скоропостижно скончался, и мирное соглашение в Яссах подписывали герои Измаила Самойлов и де Рибас. Останки самой крепости отдали Порте, а на отвоеванных у них землях возле крепости Хаджибей заложили город, названный Одессой.

Суворову доводилось не раз разрубать и узлы дипломатических интриг, разнонаправленных геополитических интересов и застарелых обид. Как-то он не только усмирил восставших, но и смог восстановить страну, став генерал-губернатором Польши.