Взятие Берлина советскими войсками в 1945 году поставило победную точку в Великой Отечественной войне. Красный флаг над Рейхстагом даже десятилетия спустя остаётся наиболее ярким символом Победы. Но советские солдаты, шедшие на Берлин, не были первопроходцами. Их предки впервые вступили на улицы капитулировавшей германской столицы за два столетия до этого…

Начавшаяся в 1756 году Семилетняя война стала первым полномасштабным европейским конфликтом, в который была втянута Россия.

Фридрих II Великий

Стремительное усиление Пруссии под властью воинственного короля Фридриха II обеспокоило русскую императрицу Елизавету Петровну и заставило её примкнуть к антипрусской коалиции Австрии и Франции.

Фридрих II, не склонный к дипломатии, назвал эту коалицию «союзом трёх баб», имея в виду Елизавету, австрийскую императрицу Марию-Терезию и фаворитку французского короля маркизу де Помпадур.

                                                                                 

Война с оглядкой

Вступление России в войну в 1757 году было достаточно осторожным и нерешительным. Во-первых, русская армия до того времени не имела опыта сражений с пруссаками, которые создали себе славу блестящих воинов. Извечный русский пиетет перед иностранцами и здесь работал не в нашу пользу.

Второй причиной, по которой русские военачальники не стремились форсировать события, было ухудшающееся состояние здоровья императрицы. Было известно, что наследник престола Пётр Фёдорович — горячий поклонник прусского короля и категорический противник войны с ним.

Первое крупное сражение русских с пруссаками, произошедшее при Гросс-Егерсдорфе в 1757 году, к великому удивлению Фридриха II, завершилось победой русской армии. Успех этот, однако, был нивелирован тем, что командующий русской армией генерал-фельдмаршал Степан Апраксин приказал отступать после победного сражения.

Этот шаг объяснялся новостями о тяжёлой болезни императрицы, и Апраксин опасался прогневать нового императора, который вот-вот должен был вступить на трон.

Но Елизавета Петровна выздоровела, Апраксина сняли с должности и отправили в тюрьму, где он вскоре и скончался.

Чудо для короля

Война продолжалась, всё больше переходя в борьбу на истощение, которая была невыгодна Пруссии — ресурсы страны значительно уступали запасам противника, и даже финансовая подпитка союзной Англии не могла компенсировать эту разницу.

В августе 1759 года в битве при Кунерсдорфе союзные русско-австрийские силы наголову разбили армию Фридриха II.

Граф Готтлоб Курт Генрих фон Тотлебен
Состояние короля было близким к отчаянию. «По правде говоря, я верю в то, что всё потеряно. Гибели моего Отечества я не переживу. Прощайте навсегда», — писал Фридрих своему министру.

Дорога на Берлин была открыта, однако между русскими и австрийцами возник конфликт, в результате чего момент для захвата прусской столицы и окончания войны был упущен. Фридрих II, воспользовавшись внезапной передышкой, сумел собрать новую армию и продолжить войну. Промедление союзников, спасшее его, он назвал «чудом Бранденбургского дома».

Весь 1760 год Фридриху II удавалось сопротивляться превосходящим силам союзников, которым мешала несогласованность. В битве при Лигнице пруссаки нанесли поражение австрийцам.

Неудачный штурм

Французы и австрийцы, обеспокоенные ситуацией, призвали активизировать свои действия русскую армию. В качестве цели для неё был предложен Берлин.

Столица Пруссии не представляла собой мощную крепость. Слабые стены, переходящие в деревянный палисад, — прусские короли не рассчитывали, что им придётся сражаться в собственной столице.

Сам Фридрих был отвлечён борьбой с австрийскими войсками в Силезии, где у него были отличные шансы на успех. В этих условиях, по просьбе союзников, русской армии была дана директива провести рейд на Берлин.

К прусской столице выдвинулся 20-тысячный русский корпус генерал-поручика Захара Чернышёва при поддержке 17-тысячного австрийского корпуса Франца фон Ласси.

Русским авангардом командовал Готтлоб Тотлебен, урождённый немец, долго живший в Берлине и мечтавший о единоличной славе покорителя прусской столицы.

Войска Тотлебена прибыли к Берлину раньше основных сил. В Берлине колебались относительно того, стоит ли держать оборону, однако под влиянием Фридриха Зейдлица, командующего кавалерией Фридриха, проходившего в городе лечение после ранения, решились дать бой.

Попытка первого штурма закончилась провалом. Пожары, начавшиеся в городе после обстрела русской армией, были быстро потушены, из трёх атакующих колонн лишь одной удалось прорваться непосредственно к городу, но и им пришлось отступить из-за отчаянного сопротивления обороняющихся.

Победа со скандалом

Вслед за этим на помощь Берлину подошёл прусский корпус принца Евгения Вюртембергского, что заставило Тотлебена отступить.

В столице Пруссии ликовали рано — к Берлину подошли основные силы союзников. Генерал Чернышёв стал готовить решительный штурм.

Вечером 27 сентября в Берлине собрался военный совет, на котором было принято решение — ввиду полного превосходства противника город сдать. При этом парламентёров отправили к честолюбивому Тотлебену, полагая, что договориться с немцем будет проще, нежели с русским или австрийцем.

 

Пётр III

Тотлебен действительно пошёл навстречу осаждённым, позволив капитулировавшему прусскому гарнизону покинуть город.

В тот момент, когда Тотлебен входил в город, он встретился с подполковником Ржевским, который прибыл договариваться с берлинцами об условиях капитуляции от имени генерала Чернышёва. Тотлебен велел подполковнику передать: он уже взял город и получил от него символические ключи.

Чернышёв прибыл в город вне себя от ярости — самодеятельность Тотлебена, подкреплённая, как потом оказалось, взяткой от властей Берлина, его категорически не устраивала. Генерал отдал приказ начать преследование уходящих прусских войск. Русская конница настигла отступающие к Шпандау части и разбила их.

«Если Берлину суждено быть занятым, то пускай это были бы русские»

Население Берлина было в ужасе от появления русских, которых описывали как абсолютных дикарей, но, к удивлению горожан, солдаты русской армии вели себя достойно, не учиняя бесчинств в отношении мирных граждан. Зато австрийцы, имевшие личные счёты с пруссаками, себя не сдерживали — грабили дома, прохожих на улицах, громили всё, до чего могли дотянуться. Дошло до того, что урезонивать союзников русским патрулям приходилось при помощи оружия.

Пребывание русской армии в Берлине продлилось шесть дней. Фридрих II, узнав о падении столицы, немедленно двинул армию из Силезии на помощь главному городу страны. В планы Чернышёва сражение с основными силами прусской армии не входило — свою задачу по отвлечению Фридриха он выполнил. Собрав трофеи, русская армия покинула город.

Король Пруссии, получив донесение о минимальных разрушениях в столице, заметил: «Спасибо русским, они спасли Берлин от ужасов, которыми австрийцы угрожали моей столице». Но эти слова Фридриха предназначались лишь для ближайшего окружения. Монарх, высоко ценивший силу пропаганды, приказал сообщать подданным о чудовищных злодеяниях русских в Берлине.

Поддерживать этот миф, однако, хотели далеко не все. Немецкий учёный Леонид Эйлер так написал в письме другу о рейде русских на прусскую столицу: «У нас здесь было посещение, которое в других обстоятельствах было бы чрезвычайно приятно. Впрочем, я всегда желал, что если бы когда-либо суждено было Берлину быть занятым иностранными войсками, то пускай это были бы русские…»

Что Фридриху спасение, то Петру — смерть

Уход русских из Берлина был для Фридриха событием приятным, однако не имевшим ключевого значения для исхода войны. К концу 1760 года он совершенно утратил возможности для качественного пополнения армии, загоняя в её ряды военнопленных, которые очень часто перебегали на сторону противника. Наступательных операций армия вести не могла, и король всё чаще подумывал об отречении от престола.

Русская армия взяла под полный контроль Восточную Пруссию, население которой уже присягнуло на верность императрице Елизавете Петровне.

В этот самый момент Фридриху II помогло «второе чудо Бранденбургского дома» — смерть российской императрицы. Сменивший её на престоле Пётр III не только немедленно заключил мир со своим кумиром и вернул ему все завоеванные Россией территории, но и предоставил войска для войны со вчерашними союзниками.

То, что оказалось счастьем для Фридриха, дорого обошлось самому Петру III. Русская армия и, в первую очередь, гвардия широкого жеста не оценила, сочтя его оскорбительным. В результате переворот, вскоре организованный супругой императора Екатериной Алексеевной, прошёл, как по маслу. Вслед за этим низложенный император погиб при до конца не выясненных обстоятельствах.

Но дорогу на Берлин, проложенную в 1760 году, русская армия запомнила твёрдо, чтобы всякий раз возвращаться, когда это потребуется.

******************************************************************************