Васильки

 

Просто невероятный цвет. И невероятный цветок: сорняк и медонос, досадная помеха и украшение полей.

Нежный, синий, с готическими лепестками.

От цвета неба, до цвета бесценного сапфира. Васильки.

                                                      

 

А.Поперечный
Васильки Шагала
Лик ваш серебряный, как алебарда. Жесты легки.
В вашей гостинице аляповатой
В банке спрессованы васильки.
Милый, вот что вы действительно любите!
С Витебска ими раним и любим.
Дикорастущие сорные тюбики
С дьявольски выдавленным голубым!
Сирый цветок из породы репейников,
Но его синий не знает соперников.
Марка Шагала, загадка Шагала — рупь у Савеловского вокзала!
Это росло у Бориса и Глеба, в хохоте нэпа и чебурек.
Во поле хлеба — чуточку неба.
Небом единым жив человек.
Их витражей голубые зазубрины — с чисто готической тягою вверх.
Поле любимо, но небо возлюблено.
Небом единым жив человек.
В небе коровы парят и ундины. Зонтик раскройте, идя на проспект.
Родины разны, но небо едино.
Небом единым жив человек.
Как занесло васильковое семя на Елисейские, на поля?
Как заплетали венок Вы на темя Гранд Опера, Гранд Опера!
В век ширпотреба нет его, неба.
Доля художников хуже калек.
Давать им сребреники нелепо — небом единым жив человек.
Ваши холсты из фашистского бреда от изуверов свершали побег.
Свернуто в трубку запретное небо, но только небом жив человек.
Не протрубили трубы господни
Над катастрофою мировой — в трубочку свернутые полотна
Воют архангельскою трубой!
Кто целовал твое поле, Россия, пока не выступят васильки?
Твои сорняки всемирно красивы, хоть экспортируй их, сорняки.
С поезда выйдешь — как окликают! По полю дрожь.
Поле пришпорено васильками, как ни уходишь — все не уйдешь…
Выйдешь ли вечером — будто захварываешь,
Во поле углические зрачки.
Ах, Марк Захарович, Марк Захарович, все васильки, все васильки…
Не Иегова, не Иисусе, ах, Марк Захарович, нарисуйте непобедимо синий завет —
Небом Единым Жив Человек.

.

Аэлита 54