Никита Кирсанов: "Настоящий итальянец". Часть 2.

Итак, Кутуньо как певец стал широко известен с 1980 года, заняв первое место на сан-ремовском фестивале с песней "Только мы" (Solo noi). Сказав "стал известен", а не "популярен", я не оговорился: тогда публика его по-настоящему не поняла. "Интересный, одарённый парень" - таково было общее мнение, но не более. В последующие три года Кутуньо продолжал писать для других, время от времени появлялся на сцене, но большинство и не собиралось принимать его всерьёз. Порой артисту казалось, что ему не удастся побороть упорство публики, приходили сомнения. Говорят, не сомневаются только гении, Кутуньо к таковым себя не причислял и продолжал кропотливо работать.
В 1983 году программа Сан-Ремо шла своим обычным путём. После очередного номера на сцену вышел конферансье и, профессионально улыбаясь, объявил: "Тото Кутуньо. "Итальянец". Осветители поменяли фильтры, по сцене забегали голубые пятна, появился Кутуньо. Один, без оркестра, начал: "Позвольте, я спою вам тихо-тихо под гитару..." Недолгая пауза, вступает оркестр. Певец приветствует жестом публику: "Привет тебе, Италия, жующая макароны, привет тебе со всем, что есть в тебе..." по залу прошёлся шорох удивления, и, как писала впоследствии пресса, у некоторых телезрителей во рту действительно застряли макароны.
"Позвольте мне спеть, - продолжал Кутуньо, - я горжусь тем, что пою, я итальянец, настоящий итальянец..."
Песня закончилась. С минуту стояла тишина недоумения - таких песен этот зал не слышал уже давно. Взрыв аплодисментов - таких оваций эти стены тоже уже давно не слышали.
После этой песни и пресса и слушатели, казалось, нашли те слова, которыми они хотели бы определить место поэта, композитора и с недавних пор исполнителя своих песен Тото Кутуньо на итальянской эстраде: "Единственный настоящий итальянец". А как же Челентано? Вопрос вполне резонный. Но ведь львиную долю песен, которые пел Челентано, написал Кутуньо, так что противоречия здесь нет.
- Когда вы начали сотрудничать с Адриано Челентано?
- В 1978 году. Первая песня была "Одни" (Soli). Всего я написал для него двенадцать песен. Сейчас мы вместе не работаем. Но возможно, что я буду продолжать писать для него песни. Мы с ним друзья, и он мне нравится как певец и актёр.
- Это правда, что песня "Итальянец" была написана для Челентано?
- Да, я написал эту песню для него. Но он не захотел её исполнять, так как она ему показалась слишком ответственной и обязывающей. Теперь я могу сказать, что, к счастью, он её не взял, так как она мне принесла большой успех.

                                                                                                                    
- На фестивале в Сан-Ремо - 85 вы не выступали. Но ваша песня "Мы современная молодёжь" (Noi, ragazzi di oggi), которую исполнял четырнадцатилетний Луис Мигель, заняла второе место. Почему эту песню пел Луис?
- Я был в Испании и увидел выступления Мигеля по телевидению. Я буквально влюбился в этого чудо-ребёнка и договорился о его вызове в Италию. Луис прилетел из Мексики, где он постоянно живёт, в Милан и был у меня дома на Via Asel-20. Я дал послушать ему уже готовые песни, которые пока никто не пел, но ему ничего из них не подошло. И тогда я написал песню специально для него. Вместе с Луисом мы решили, что он должен выступать в Сан-Ремо, и договорились с организаторами фестиваля. Так всё это и произошло. Кстати, на следующем фестивале в Сан-Ремо я собираюсь выступить сам.
- Но вы продолжаете писать песни для других исполнителей?
- Да, конечно. Я не оставляю своей "настоящей" работы. Петь на эстраде, быть певцом - это замечательно. Певец может выйти из моды, разонравиться публике. Как композитор же ты можешь работать всю жизнь.
- Тото, для вас существует идеал певца и композитора-песенника в прошлом и настоящем?
- Как певец мне очень нравился Рей Чарльз, я восхищался композициями Пола Маккартни и Джона Леннона. В Италии же среди певцов недавнего прошлого могу выделить Доменико Модуньо.
- Сколько всего песен вы написали?
- До сегодняшнего дня я написал около 190 песен. Их исполняли многие певцы. Итальянцы - Доменико Модуньо, Адриано Челентано, "Рикки э повери", Джильола Чикуэтти, Кристиан. Испанцы и мексиканцы - Мигель Бозе, Пума, Луис Мигель. Французы - Джо Дассен, Клод Франсуа, Мишель Сарду, Далида, Мирей Матье. Англичанин Шелли Басней, американка Петула Кларк и многие другие.
- Когда вы почувствовали, что стали известным, и как вы переносите популярность?
- Знаешь, я родился в небогатой трудовой семье и поэтому всегда даю, вернее пытаюсь дать реальную оценку. Я надеюсь, что голова у меня никогда излишне не закружится, иначе это буду уже не я. Конечно, популярность мне очень нравится. Однако популярность и мешает мне жить. Я уже не могу пойти просто в магазин или на рынок, на какой-то праздник, где собирается много народа. Мои друзья - с прошлых времён, когда я ещё не был известен.
- Как вы пишете свои песни?
- Когда человек - композитор, то песни живут у него внутри и их необходимо только услышать и извлечь. Должен настать момент, когда я могу подойти к роялю и, как бы щупая клавиши, заставить звучать мелодию. Это, видимо, вдохновение. Я полагаю, что 70 процентов моих песен пишу именно так - по вдохновению. Есть и ещё другие 30 процентов песен, которые пишутся по заказу. Здесь вдохновения уже мало, и в дело вступает профессионализм. Лично я предпочитаю работать по первому варианту.
Выше я уже упоминал, что песни Кутуньо были в репертуаре Джо Дассена. Его произведения входят и в программы многих известных оркестров, например, Поля Мориа и Джеймса Ласта. Как-то известный французский музыковед, побывав на конкурсе в Сан-Ремо, воскликнул: "Вы любите лёгкую музыку - это ваше право, она необходима, никто этого не оспаривает. Но не преподносите её как нечто важное и значительное. Пишите о том, что рыбке нужен зонтик, или что-нибудь в этом роде, и не замахивайтесь, ради бога, на серьёзные темы, не трогайте их..." Песни Кутуньо в какой-то мере и подтверждение и опровержение этого горестного замечания: браться за серьёзную тему можно только в том случае, если это серьёзное - не очередной трюк, чтобы ошеломить и привлечь публику.
В Италии Кутуньо считают незаурядным поэтом, отмечают серьёзное социальное звучание его песен, их человечность, виртуозность, высокую культуру стиха. Отмечают и демократичность его произведений, которые с одинаковой любовью слушают и в дешёвых пиццериях, и в музыкальных салонах.
Одна из рецензий на творчество Кутуньо, попавшаяся мне на глаза, заканчивалась таким диалогом иностранца с итальянским журналистом:
"- Если отбросить статистику проданных пластинок, - спрашивает иностранец, - как вы полагаете, кто из певцов больше нравится итальянцам?
- Так трудно ответить, - отвечает журналист, - в нашей стране ещё силён дух регионализма... Неаполитанцам нравится Пеппино Гальярди, генуэзцам - Фабрицио де Андреа. Почти что всех пленяет хитрец Челентано.
- А Тото Кутуньо?
- Так вы спросили, кто нравится! А к Кутуньо это слово не подходит: его любят! Любят и на севере, и на юге. Вы слышали его "Итальянца"?
- Конечно...
- Так вот, в ней он объединил всю страну".
В холле гостиницы "Советская", где мы беседовали с Кутуньо, заколосились какие-то туристы, направляясь к стойке администратора. Тото посмотрел на часы и я понял, что пора закругляться.
- В вашей песне "Итальянец" есть слова "я настоящий итальянец". Что значит для вас быть настоящим итальянцем?
- Быть итальянцем означает для меня быть человеком, который никогда не отступает перед трудностями, который верит в такие жизненные ценности как семья, дружба. Настоящий итальянец никогда не унывает, даже если ему трудно, если у него нет работы, он всегда полон фантазии и романтики. Я - итальянец до корней волос, и я этому рад.
Беседа наша окончена. Я благодарю Тото и желаю удачного выступления во Дворце спорта в Лужниках.
- Спасибо тебе, - отвечает, поднимаясь с кресла Кутуньо. - А как по-русски будет "Спасибо"? - спрашивает и несколько раз старательно повторяет незнакомое слово, а в след за ним и другое - "До свиданья!"

``````````````````````````````````````````````````````````````````