Империя моды Dolce & Gabbana и ее создатели
 

Dolce & Gabbana (читается как До́льче и Габба́на) — итальянский дом моды, основанный модельерами Доменико Дольче и Стефано Габбана.

ЭТОЙ итальянской «сладкой парочке» — модельерам Доменико Дольче и Стефано Габбана — удалось сделать почти невозможное. Меньше десяти лет понадобилось им, чтобы превратить свое маленькое миланское ателье в международную империю моды, приносящую миллионы долларов прибыли. С ними мечтают дружить (или, по меньшей мере, быть их клиентками) самые красивые и знаменитые женщины мира. Их модели — актрисы Настасья Кински, Николь Кидман, Деми Мур и пр., они делали костюмы для мировых туров Мадонны и Уитни Хьюстон, в список их клиенток попали даже наши «татушки» — Дольче и Габбана подбирали девочкам одежду для прошлогодней европейской церемонии МТV.

Доменико Дольче и Стефано Габбана познакомились в начале 80-х годов, когда Доменико был принят на работу в ателье, принадлежащее Стефано. В конце 1982 года, после возвращения последнего с обязательной военной службы, они решили объединить свои усилия и открыли собственную студию, специализирующаяся на консультационных услугах в области моды. Первоначально каждый из модельеров работал под собственным именем, позднее, в целях экономии, они решили объединить свои усилия под единой маркой. Через три года партнерства было объявлено об открытии модного дома Dolce & Gabbana.

А красавчик Стефано (он на четыре года младше Доменико) теперь с улыбкой признается, что уже в сладкие годы тинейджерства был отчаянным модником. В начале каждого сезона он отправлялся в магазин фирмы «Фиоруччи» (любимая фирма итальянской молодежи, падкой на все яркое и блестящее) и прикупал там себе самую-самую модную на тот момент вещь. «Но я и думать не мог, что создание одежды станет моим собственным бизнесом». Габбана учился на отделении графики и дизайна в художественном колледже, закончил его «в звании» «креативный директор», но по профессии не проработал ни дня — он тоже отправился в Милан на поиски славы и удачи. Стефано — в противоположность Дольче — родился в Северной Италии, он высокий, худой и болтливый, обожает путешествовать по ночным клубам.

 

И все же, такие разные, они сперва стали любовниками, затем — партнерами по бизнесу. Они все делают вместе — вместе придумывают коллекции, вместе отдыхают и путешествуют, даже разговаривают вместе, перебивая один другого. Запретных тем для них нет — они спокойно могут говорить и о политике, и о своей гей-семье. 

 

 

А вот и еще один секрет – помимо объединения миров традиции и новаторства, модельерам удалось объединить в своей одежде женское и мужское начала, не прибегая при этом к унылой унисексовой уравниловке: в их женских коллекциях изящное платье может сочетаться с армейскими сапогами, а в мужских – строгий костюм с легкомысленным розовым шарфиком. Сами они утверждают, что это не имеет никакого отношения к сексуальной ориентации, просто во всех женщинах есть частичка маскулинности, а в мужчинах – феминности, и модельеры считают, что это очень здорово – заглянуть в себя поглубже и обнаружить эту частичку. В конце концов, в XVII веке мужчины носили высокие каблуки и пользовались макияжем – и при этом во многом были гораздо более мужественны, чем современные представители сильного пола.

 

 

Уникальное «сочетание несочетаемости» их моделей объясняется весьма просто: «У нас разные вкусы, а это значит, что мы нащупываем комбинацию разных устремлений. Иногда мы можем создать что-то больше в духе Габбаны, в другой раз – в духе Дольче. Но все, что мы делаем, – это результат достижения определенного компромисса». После шумного успеха самой первой коллекции творческий союз Dolce&Gabbana принялся покорять все новые вершины. В 1989-м они открыли свой первый бутик – в Японии, а вскоре и в Милане; в 1990-м выпустили первую мужскую коллекцию; в 1994-м появился новый бренд D&G, с более доступными ценами. Охватили партнеры и молодежную, и детскую аудиторию; не останавливаясь на этом, заключили множество лицензионных соглашений на производство самых разных модных товаров, включая очки, парфюмерию, товары для дома, даже две модели автомобилей Citroёn, салоны которых украшены бриллиантами от Swarovski. Всего за десять лет никому не известное маленькое ателье превратилось в международную модную империю, и сейчас фирменные магазины Dolce&Gabbana и D&G открыты уже более чем в восьмидесяти странах мира.

 

 

 

Сейчас уже сложно сказать, что было прежде, – их влюбленность друг в друга или начало совместного творчества. Скорее всего, это происходило одновременно, и личные отношения пары тесно вплетались в творческие. Недаром и выход их первой коллекции совпал по времени с клятвами, которые принесли друг другу Стефано и Доменико, обязуясь беречь и любить друг друга, – это было в 1986 году. Пусть эти клятвы и не сопровождались никакой формальной церемонией – да это и не было возможно в то время – на протяжении дальнейших девятнадцати лет они считали себя состоящими в браке. Разница в характерах им совершенно не мешала. «Мы обожаем проводить время вместе, но при этом ценим и уважаем свободу каждого. Никакого домостроя! – утверждал Доменико. – Я, например, свободное время предпочитаю проводить дома, готовя всякие деликатесы, а Стефано Габбана любит вечеринки, ночные клубы, шумные компании. И мы не пытаемся навязывать друг другу свой стиль жизни – мы просто умеем ценить все ее стороны».

 

 

Пара жила на Villa Volpe – в шикарном дворце XIX века в самом центре Милана, с красными диванами, анималистическими узорами на стенах и огромным количеством церковных свечей – обстановка дома зримо демонстрировала разницу во вкусах его хозяев. Единственное, чего, казалось, им не хватало для счастья, – это дети. Причем оба их очень хотели, правда, расходились во мнениях по поводу возможных путей их обрести. Так, Доменико очень хотел бы усыновить, причем не одного ребенка: он сам вырос с братом и сестрой и всегда считал, что нормальная семья – это семья многодетная, с шумом, возней и стуком ложек по столу. А вот Стефано считает, что ребенок не должен расти без матери, поэтому он предпочел бы, чтобы малыша родила ему женщина, которой он доверяет, через искусственное оплодотворение, и потом принимала участие в его воспитании.

 

 

Впрочем, все эти планы все равно не осуществились – помешали и законы страны, и расставание пары, которое произошло в 2005 году. Из-за чего это случилось, они не говорят, зато охотно рассказывают о том, как пережили этот сложный период и к каким отношениям в итоге пришли. «Когда мы с Доменико расстались, я очень тяжело это переживал. Я люблю деньги и роскошь, но, когда я находился в своем прекрасном доме в Портофино, его красота не помогла мне справиться с печалью. Не изменили настроение и роскошная яхта, и частный самолет. Я ведь человек, а не только дизайнер модной одежды», – так вспоминал Стефано о том нелегком периоде в жизни. «На профессиональном уровне мы по-прежнему партнеры, и мы любим друг друга настоящей любовью. Доменико – часть моей жизни, но теперь и у него, и у меня есть новый бойфренд», – так Габбана объясняет сложившуюся ситуацию. «В самом начале было много проблем, – добавляет Дольче, – но мы хотели показать людям пример, что можно и после разрыва сохранить хорошие отношения. У смертного одра мы хотели бы видеть друг друга».

 

 

Иногда они задумываются о том, что их ждет в будущем. «Если посмотреть на художников и дизайнеров прошлого – у каждого из них был период подъема творчества, но также важно понять, когда пора уходить», – отвечает Доменико на вопрос о возможном уходе на покой. «Но для нас будет практически невозможно остановиться, – перебивает его Габбана. – Мы создали наш бренд с нуля, он – наше детище. Думаю, я умру, если перестану этим заниматься. Да, точно умру».

 

Дом моды Дольче и Габанна в настоящее время является одним из крупнейших в мире моды, хотя практически и самым молодым. На сегодняшний день его стоимость превышает 645 миллионов долларов. Специализированные магазины под фирменными знаками D&G в более чем в 80 странах мира, большой штат поклонниц и успешные показы - это неотъемлемая часть «Dolce & Gabbana» сегодня.