Немецкий композитор Роберт ШУМАН начал страдать приступами помешательства в 4 года, а в 46 лет вовсе лишился рассудка. Его преследовали говорящие столы, он видел звуки, которые складывались в аккорды и музыкальные фразы.



Английский писатель Джеймс ГАРРИНГТОН воображал, что мысли вылетают у него изо рта в виде пчел и птиц, и хватался за веник, чтобы разогнать их.

Джеймс Харрингтон. Картина неизвестного художника (1635)

Итальянскому философу Джероламо КАРДАНО мерещились, что за ним шпионят все правительства, а мясо, которое ему подавали, специально пропитывали воском и серой.



Вольфганг Амадей МОЦАРТ страдал манией преследования, считая к тому же, что итальянцы хотят его отравить…



Ван ГОГ сутками рисовал, ведрами пил абсент, отрезал себе левое ухо и написал автопортрет в таком виде, а в возрасте 37 лет покончил жизнь самоубийством. После его смерти, кстати, врачами было обнародовано свыше 150 медицинских диагнозов, которые при жизни были поставлены великому живописцу.


Гоген Поль ( Paul Gauguin ). Ван Гог, рисующий подсолнухи.

Немецкий философ Артур ШОПЕНГАУЭР писал: «Гении не только невыносимы в жизни, но безнравственны и жестоки, им трудно иметь друзей. На высотах мысли царит одиночество». При этом сам Шопенгауэр избил одну старуху и должен был по суду платить ей всю жизнь пенсию… Приходил в ярость и отказывался платить по счетам, если его фамилия была написана через два «п».



Гении необычны уже внешне своими привычками и чудачествами, например, Фридрих ШИЛЛЕР почему-то мог творить лишь тогда, когда на столе у него лежат гнилые яблоки.


Franz Gerhard. Фридрих Шиллер.

Композитор Франс Йозеф ГАЙДН не работал без своего кольца с алмазом: он поминутно его рассматривал.



Рихард ВАГНЕР во время сочинения очередного музыкального произведения раскладывал на стульях и другой мебели яркие куски шелка, имел обыкновение брать их в руки и теребить…


Richard Wagner. Caesar Willich 1862.

Для успешной работы над романом Эмиль ЗОЛЯ привязывал себя к стулу.


Эдуард Мане. Портрет Эмиля Золя. 1868 г.

Шарлота БРОНТЕ постоянно отрывалась от писания очередного романа и отправлялась чистить картофель.


Ал
ександр ДЮМА – сын для пробуждения вдохновения любил пять раз основательно поесть…


Georges Jules Victor Clairin.Portrait of Alexandre Dumas fils (1824-95)

Французский романист Анатоль ФРАНС, наоборот никогда не запасал бумагу и писал на чем попало: на старых письмах, конвертах, пригласительных билетах, даже визитных карточках…



Однажды физик Андре Мари АМПЕР уходя из своей квартиры, написал мелом у себя на дверях: «Ампер будет дома только вечером». Но вернулся домой еще днем. Прочитал надпись на своих дверях и ушел обратно, так как, забыв, что он сам и есть Ампер… Он же постоянно сморкался в тряпку, которой стирал мел во время лекций, и намазанный мелом, возбуждал веселость студентов.



Великий Исаак НЬЮТОН как-то принимал гостей и, желая их угостить, отправился в свой кабинет за вином. Гости ждут, а хозяин все не возвращается. Оказалось, войдя в свою рабочую комнату, Ньютон так глубоко задумался над своим очередным трудом, что совершенно позабыл о друзьях. Известен так же случай, когда Ньютон, задумав сварить яйцо, взял часы, заметил время и через пару минут обнаружил, что в руке держит яйцо, а варит часы. Когда Ньютон писал свои принципы, то, поглощенный своими мыслями, забывал одеваться и есть. Однажды, он пообедал, но не заметил этого. И когда, пошел по ошибке обедать еще, то очень удивился, что кто-то съел его кушанья.



Другой знаменитый физик Альберт ЭЙНШТЕЙН, встретив своего друга, и поглощенный мыслями, сказал: «Приходите ко мне вечером. У меня будет профессор Стимсон». Его друг, озадаченный, возразил: «Но ведь я и есть Стимсон!» Эйнштейн на это ответил: «Это не имеет значение, все равно приходите!»



Французский писатель Франсуа Рене де ШАТОБРИАН не мог равнодушно слышать похвал кому бы то ни было, даже своему сапожнику.


Анн-Луи Жирорде-Триозон. Портрет Шатобриана.

Исследователи творчества гениев утверждают, что он, как правило, были плохими учениками и студентами. Так, великий химик Юстус ЛИБИХ лишь по протекции немецкого филолога Вильгельма ГУМБОЛЬДТА попал в профессора.